Юридические, исторические и культурологические аспекты украинской субкультурологии

Номер журнала:

Автор: 
Краткая информация об авторах: 

доцент Открытого университета

Аннотация: 

В настоящей статье автор анализирует юридические, исторические и культурологические аспекты украинской субкультурологии. При это автор отмечает, что право, история и культура Украины неразрывно связаны с Россией, без нее она теряет целостность и глубину, цельность и завершенность. В заключение автор делает вывод о том, что человек должен быть патриотом, а не националистом, правдолюбцем, а не преспособленцем, честным и порядочным гражданином, а не конъюнктурщиком и хамелеоном. Ведь приоритет – не сомнительные узкие этнические или внутриклассовые утопии, а общечеловеческие ценности – Истина, Добро, Справедливость, Любовь, Рассудительность, Красота, Гуманизм и Братство без ангажированности и предвзятости.

Ключевые слова: 

культура, право, история, Россия, Украина.

     Право, история и культура Украины неразрывно связаны с Россией, без нее она теряет целостность и глубину, цельность и завершенность. Традиционно для значительной части современной Украины родными являются, как украинский, так и русский языки и доминируют две правовые и культурные традиции.

     Правовая, культуротворческая и иная многообразная донорская миссия России видна на многих примерах. В имперской России украинцев считали субэтносом. Со временем из двух субэтносов и субкультур развились два народа и две великие культуры. Комплексный анализ историко-культурных событий может свидетельствовать, что трансляции русского языка и культуры стали культурообразующим фоном для многих народов и народностей.

     Традиционно русский язык на Украине был языком права, науки и техники, языком местной интеллигенции и элиты. Американизация культуры, засилье голливудских фильмов, европейских моделей поведения и иностранных стандартов медленно не только дерусифицировало, но и даже (как не странно звучит) деукраинизировало Украину, превращая молодежь в активных прозападников, в своеобразных «иностранцев» в собственной стране.

     С обретением Украиной независимости местная интеллигенция часто, изгоняя надуманные и необоснованные комплексы (неполноценности, переферийности, убогости, третьесортности и др.), ищет доводы своей значимости, уникальности и величия. Поэтому за последние двадцать лет стало модным Украину сравнивать с ведущими странами мира, особенно с Францией, сопоставляя их значение в мировой культуре и истории. Но это не корректно, – как и антиисторично и псевдокультурно – сравнивать одиозного Ивана Мазепу с императором Наполеоном І, гетмана Петра Сагайдачного – с великим Людовиком ХIV и даже Богдана Хмельницкого – с королем Людовиком ХV. Да, в начале ХХІ в. обе страны занимают значительные территории в Европе. Но существует немало африканских стран, по размерам даже больших, чем славная Украина. Может, есть смысл (чтобы выиграть по многим параметрам) сравнивать милую Украину (ее культуру и историю) с Алжиром, Суданом или Ливией? Можно ли вообще так ставить вопросы, проводя сомнительные аналогии и параллели?

     Франция долгие годы была независимой империей, законодательницей мод и многих передовых стандартов, страной с прогрессивной культурой и с базовыми субкультурами. Французские культурные колонии занимали гораздо большее пространство, чем ее колонии политические. Под ее культурным влиянием находились целые страны. Даже в России, преимущественно в среде дворян, формировалось пространство русско-французской субкультурной общности. Украина же никогда не была центром мировой культуры. Даже сегодня местонахождение Украины – это загадка для многих иностранцев, а ареал популярности ее культуры едва превосходит островки украинской диаспоры и пространство бывшего соцлагеря. Зато хлебосольная и щедрая Украина была уникальной и чудесной частью великой исторической Руси. Культура и история Украины во многом не беднее, не примитивнее и не ущербнее, чем культура и история Франции – просто они разные и несопоставимые. Да, Франция как реципиент имела и древнерусские заимствования. Так, усилиями дочери Ярослава Мудрого французской королевы Анны начало созидаться правовое, культурное, экономическое и политическое могущество Франции.

     Украина во многом состоялась благодаря братской России. Московские правители расширяли и преобразовывали территорию Украины. Даже Киев и Житомир, Винница и Львов (как и тысячи поселений) стали украинскими, а, – точнее в то время российскими (перейдя от Польши, Крымского ханства и т.д.), – благодаря русскому оружию и/или дипломатии. Петр І утихомирил турецко-татарские набеги, которые столетиями совершали на Украину ее южные соседи, уводя в плен сотни(!) тысяч украинцев.

     Победоносные русско-турецкие войны Екатерины ІІ окончательно ликвидировали практику продаж восточных славян на невольничьих рынках и дали возможность миллионам жителям Российской империи (особенно ее южных, малороссийских пределов) навсегда забыть о перспективе стать рабом на турецких галерах или невольником на знойных африканских плантациях. Екатерина ІІ, осуществляя разделы Речи Посполитой, подорвала польскую экспансию. Она возродила интерес тысяч украинских аристократов к своим генеалогическим древам. Отсталая периферия, ранее угнетаемая многовековым иноязычным, инокультурным, иноверным и инородным (татарским, турецким и польским) игом, – развивалась, становясь имперским и европейским культурным центром. Это хорошо видно на примере Одессы, освоенных степей с десятками новых городов, преобразованного Крыма и возрожденного Киева. На месте «Дикого поля» развивалась инфраструктура Новороссии. Возрождался после более, чем четырех сотен лет упадка древний Киев. Возможно, если бы императрица Елизавета Петровна перенесла столицу в Киев, то мировая история пошла бы в другом направлении. В.Ленин дал Украине территории от Одесской до Луганской области. И.Сталин присоединил Западную Украину, Северную Буковину и Закарпатье.

     Без братского единства восточных славян не было бы сегодняшней Украины, ее великой национальной культуры и всевозможных субкультур, а территориальные субкультурные особенности на Руси были второстепенными. Сотни деятелей малороссийской (ныне украинской) культуры ХІХ в. считали себя неразрывной частью общерусской культуры и единого русского этноса (восточнославянского суперэтноса). Русские шли в Киев и Чернигов, Переяслав и Житомир как в свои исконные земли, к древним праотцовским истокам, на свою историческую и культурную Родину и им не нужны были переводчики. В ХХ в. у трех великих славянских субэтносов были свои (по существу не столько особые духовные и ментальные, сколько лишь региональные, территориальные) субкультуры, которые, как ручейки в одну реку, впадали в единое море общерусской культуры. Нельзя топонимы путать с этнонимами.

     За последнее столетие восточнославянское единство (в т.ч. и культурное) подвергалось многим испытаниям и новые реалии все больше выдвигают формулу «человек как часть субкультуры» и даже уже – «личность как субкультура». В ХХ в. Украина территориально выросла, культурно возмужала и родилась политически. В ХХІ в. новая власть сделала попытку «очистить» украинскую культуру от более, чем 350-летнего «московско-питерского» влияния. Если довести эту логику до абсурда, то надо уничтожить больше, чем уничтожили фашистские захватчики. Культурно-исторические начала сегодняшних «шатаний и исканий» части украинцев вполне понятны – они напоминают проблемы отдельных сказочных героев: найди то, не знаю что. Традиционно «кризис» (с греч. Κρίσις — решение, поворотный пункт своеобразный суд, переворот, перелом) на Украине, особенно в Западной, обозначал смену ценностных ориентаций. Часть Западной Украины то «ополячивалась», то «онемечивалась», то подражала чехам, то венграм, то румынам. В ХХ в. украинцы едва не вернулись к истокам, т.е. почти «обрусели».

     После 1991 г. создается тип неких украинотупов как противоположность таким мировым светилам, как Н.Гоголь, Д.Левицкий, В.Боровиковский и сотни других гениальных южноруссов, обогативших мировую культуру. Малороссы в ходе многочисленных военных конфликтов в ХVІ–ХVІІІ вв. массово поддерживали московитов, противились и антирусским польским восстаниям в ХІХ в. Но польским ставленникам удалось внести в русский мир внутреннюю вражду и ненависть. В Украине молчат о западноукраинском (тогдашнем «русском») геноциде 1914-1917 гг., об ужасных концлагерях І Мировой – Талергофе и Терезине. Были казнены десятки тысяч карпатских русских (среди них – дети «5-7 лет и даже грудные младенцы» [2]), сотни тысяч сторонников Москвы стали узниками концлагерей, миллионы депортированы. А.Каревин напоминает признание А.Н.Синявского, отмечавшего, что украинский язык до 1917 года был лишь «языком жменьки полулегальной интеллигенции» [5].

     Сегодня западноукраинская интеллигенция – наиболее продвинутая часть украинизированной системы, они – дети своих родителей, а не далеких прапрадедов и пращуров, часть из которых мужественно умирала за свои москвофильские убеждения, за общерусское единство. Даже изощренный русофоб И.Огиенко вслед за С.Петлюрой называл украинцев «недозрелой нацией» [2].

     Всегда ведущая национальная субкультура выступает внутренним гегемоном, своеобразной суперсубкультурой, культурообразующим и культуроформирующим субстратом внутри самого культурного поля.

     Искусственные выдумки стали популярны на Украине с конца ХХ ст. Среди них напомним только некоторые [4]. Украина – это колыбель человеческой цивилизации, ведь именно отсюда люди начали расселяться по планете. Христианизированный миф свидетельствует, что ковчег Ноя остановился на Украине и в окрестностях Киева возникла цивилизация Гиперборея, от которой, по мнению последователей И.Каганца, пошли все младшие общества и государства. Ю.Шилов и ряд других современных мифотворцев считают, что Трипольская цивилизация – это самое древнее государство планеты. Не менее сенсационны «открытия» горе-исследователей того, что украинцы населяли не только Трою и Рим (В.Бебик), но даже учили астрономии, математике и физике древних американцев – мая, ацтеков и инков.

     Показательными стали и «сенсации» о том, что Иисус Христос был галичанином (Ю.Каныгин), а Будда был просто украинцем (В.Бебик). Разумеется, Мухаммед тоже мог бы быть объявлен киевлянином или львовянином, но, вроде, еще не стал таковым (вероятно, останавливает ревность мусульман). Небезынтересно было бы многим узнать, что украинский борщ – «древнее трипольское блюдо» [2]. Но ведь даже в Киевской Руси борща еще не было [3]. О древних отцах мира – разумеется, о чудесных украинцах – время от времени вспоминают те украинцы, которые чувствуют комплексы ущербности и неполноценности. В то же время история и великая культура Украины богаты многими уникальными событиями и малоисследованными источниками. Так, в 1638 г., монах Киево-Печерской Лавры Афанасий Кальнофойский написал – малоизученную до 2015 г. – «Тератургиму». Легче выдумывать наукообразные сказки и мифы в стиле пеплум, содействуя украинской культурной деградации и национальному фемидоциду и клиоциду.

     Украина традиционно является частью восточнославянской цивилизации. Но мониторинг основных украинских СМИ и опрос более, чем семисот респондентов в 2014 г. подтверждают то, что общественное мнение стремительно расщепляется и все больше граждан Украины верят в новую политико-правовую и культурно-историческую мифологию, созданную после «национальной революции», рожденной в 2014 г. Майданом (для кого-то Достоинства, для кого-то Крови).

     Давно известны процессы групповой и массовой шизоидизации и эпилепсизации. Конечно розстроення и расщепление (раздвоение, розтроение, другое расслоение) сознания, эпилептические падения или специфические (иногда и беспомощные) состояния на индивидуальном уровне воспринимается как трагедия и как определенный болезненное состояние. Но на групповом и общественной уровнях, когда теряются единство, единение, соборность или происходят глубокие (вы)падения, обычно, драматизм будто и не прослеживается. В то же время, борьба контркультур и других субкультуроподобных образований на общем культурном фоне или социальная и общественная вражда и потасовки в человеческих сообществах иногда очень напоминают групповые и массовые шизойдные и эпилептические состояния, которые являются своеобразными характеристиками ряда груп в ХХ и XXI вв. Вместо монолитности возникает распыление, вместо консолидации – разъединения. Современная украинская субкультурология пытается аккумулировать значительный эмпирический материал [5] [6].

     Но национальная субкультурология является лишь составной частью всемирной субкультурологии, ибо иной мир субкультур хотя во многом схож и тождественен, все-таки существенно разнится, причем не только по своим формам и их проявлениям [6]. Национальные субкультуры обычно составляют свои неповторимые системы, отчасти замкнутые (хотя есть совершенно разные субкультуры, как закрытого, так и открытого типа). Актуален вопрос рассмотрения ряда тайных (полузакрытых и др.) обществ как своеобразных субкультур. Правомерно ли говорить, например, о субкультуре отдельных религиозных сект, масонства или нелегальных общественных (в т.ч. партийных) структур? Как подходить с точки зрения теории права (криминологии? и т.д.)?

     Киевский опыт прошлого свидетельствует: южнорусские отступления от Москвы и их проевропейский вектор, как правило, вел предков нынишних украинцев к краху. Гетьман Петр Сагайдачный, воевавший в начале ХVII ст. с московитами, каялся в конце жизни в ошибках и просился под руку великого Московского государя. Митрополит Петр Могила, попутешествовав по Европе и миру, понял, что цель Киева – стать под омофор патриарха Московского. Атаман Иван Сирко после антимосковских шараханий понял глупость, греховность и бесперспективность борьбы с ІІІ Римом. Но тогда была иная Малая Русь-Украина (без радиации, культурных и иных расколов, деморализации, вымирания, радиоактивной пыли и свалок всевозможных отходов). Увы, сегодняшняя Украина намного менее привлекательна, востребована и интересна, чем была, например, еще до аварии на ЧАЭС в 1986 г.? Больно, но сегодняшний не только трудовой Донбасс, но и вся уже почти экс-черноземная Украина могут рассматриваться как некая никому не нужная «черная» территория, «грязный» груз и гнетущая обуза. Украина, к сожалению, все больше уже не житница, не индустриальная цитадель и не курорт, а либо своеобразный буфер, либо «зона» между крупными геокультурными, геополитическими и геоправовыми играками.

     Богдан Хмельницкий стал эпохальной фигурой, и рано или поздно в Киеве появится новый Богдан, но для этого нужен мощный московский правитель. Московский властитель сможет милостиво принять заблудших братьев с юга, но не всех, а только тех, которые присягнут Москве, станут законопослушными, искренне покаются в бывшей жестокости, фашиствующих заблуждениях и в воинствующей русофобии. Правда, нужен ли будет Москве этот союзник? Ведь к тому времени Европа в лучшем случае вытрет ноги о непутевого вассала, превратив его территорию в ядерную помойку и в эксперементальную базу.

     В 2014 г. заслуженно вспоминали 700-летие Сергия Радонежского (и сегодня для славянского мира актуальны слова святого Сергия: «единением и любовью спасемся»), но в 2014 г. было и 450-летие появления первой печатной книги на Святой Руси. Распространение православного просвещения и культуры было важным делом для общерусской духовности и для развития образования.

     Диакон Иоанн Фёдоров стал светом на просторах и Западной Руси, противостоя насильственному окатоличиванию и латинизации восточнославянского православного населения, распространению западного политического ярма; он противился распространению латиницы. Московский посланник и его соратники напоминали о единстве и братстве, о важности выбора великого равноапостольного князя Владимира, крестителя Руси, о наследии свв. Кирилла и Мефодия. Иван Фёдоров, выступая за «русскую» веру и культуру, сделал большой вклад в сохранение и укрепление восточнославянской духовной, культурной, политико-правовой и государственной самобытности.

     Логично предположить, что Иван Фёдоров сочувствовал идеям близким современной идее русского мира. Русский мир сам по себе не может быть этнолокальной самоцелью, а уж тем более этнографическим или краеведческим раритетом. Русский мир может стать вселенским светом и всемирным поводырем только в лучах правового государства, подлинного гуманизма, здоровых моральных аксиом. Русский мир – это потенциальный уникальный славянский, православный, евразийский и общечеловеческий центр, это квинтэссенция планетарной духовности и святости, праведности и справедливости, подвижничества и спасительности, мудрости и научно-технического прогресса, толерантности и доброжелательности, открытости и искренности.

     Современники отца Иоанна Фёдорова не знали нынешнего афоризма «в единстве наша сила», зато они хорошо помнили слова Христовы из Евангелия, что «Если царство разделится само в себе, не может устоять царство то; и если дом разделится сам в себе, не может устоять дом тот» (Мк., гл. 3, ст. 24—25). Вряд ли кого-то в ХVI в. могло прельстить возможное повторение татаро-монгольского ига, шведское и тевтонское рабство или литовско-польская экспансия. История Руси – это история пути к совершенству, от тьмы и дикости к свету и прогрессу, это вектор плодотворного развития, матрица труда и подвига, модель духовного саморазвития и совершенствования. На историческом пути Руси сменялись не только лидеры и места их пребывания. Согласно теории странствующей столицы, путешествовала даже столица Руси. Возможно, что еще Старая Ладога и Новгород уступали место стольному Киеву. На место Киева пришел славный Владимир, белокаменная Москва потеснила Владимир, место Москвы попытался занять (и временно занял) имперский Санкт-Петербург, потом главенство вновь перешло к хлебосольной Москве. Многие святыни тоже перемещались. Из Киевских земель в московские пределы перешли не только Владимирская икона Божьей Матери и знаковая шапка Мономаха, но и множество иных святынь, раритетов и реликвий.

     Многие русичи, спасаясь от южных и восточных кочевников или от иных поработителей, прятались в северо-восточных пределах Руси. Переезжали духовные и светские деятели Руси, менялись культурные и административные центры, но Святая Русь как духовный идеал и как новый земной Иерусалим продолжала существовать. Достойнейшими представителями ее были Владимир Великий, Сергий Радонежский, Иван Фёдоров и многие другие.

     Право и История как процессы культурного развития (часто линейно-цикличной и спиралевидной направленности) и трансформации не должны терпеть лукавые измышления лжемудрецов века сего. Враги консолидации евразийского мира всегда искали, ищут и будут искать доводы для разобщения близких народов, для сеяния плевел на исконных землях единой Руси, для разжигания розни, междуусобиц и недоверия между братьями по духу и по крови. Князь Александр Невский, спасавший Русь от западных врагов, мудро учил, что «Не в силе Бог, а в правде». Первопечатник московит Иван Фёдоров сиял на отдаленных землях Черв(ле)оной и Черной Руси, просвещая народ.

     Итак, сделаем выводы из вышеизложенного. Как ни удивительно это звучит, но многие события прошлого созвучны с сегодняшними реалиями. Это иностранное засилье, западная агрессия, привнесенные на Русь духовные иллюзии, культурные суррогаты, эфимерные ценности, соблазнительные примеры, антирусские настроения и т.д. В общественном мнении Украины все чаще слышны предложения отказа от кирилицы и перехода на латиницу. Ведь в Польше и в ведущих европейских странах принята латиница, а мы, восточные славяне, якобы, отстаем из-за того что «пишем не так», пользуясь «не тем алфавитом». По этой логике лучше сразу перейти на иероглифы. Украина находится на пути к новой латинизации и вестернизации. Нас хотят принудить отказаться от великого наследия свв. Кирилла и Мефодия, Нестора Летописца и Ивана Федорова, а шире – заменить нашу ментальную парадигму, заставив отречься от заветов апостола Андрея Первозванного и князя Владимира Великого. В 2015 г., среди многих дат, выделяется тысячелетие славной кончины крестителя Руси – Владимира Великого, а потому особое политико-правовое и культурно-историческое значение приобритает Крым, в т.ч. Севастополь (Корсунь, Херсонес) как место крещения русского князя-просветителя.

     Западный мир несет нам сомнительные ценности, смыслы, эталоны, образцы и идеалы; европейские стереотипы и картины мира все чаще приближаются к умопомрачительным утопиям. Тлетворны попытки заменить русскую матрешку куклой Барби. Недопустимо ставить знак равенства между тюремной татуировкой и «Троицей» Андрея Рублева, между криминальным жаргоном и мелодичным русским языком, немеркнущим наследием Ивана Федорова и «творениями» какого-то пропагандиста в стиле пеплум.

     Неисчерпаемую восточнославянскую духовность нельзя подменить культурой потребителей (вспомним Ж. Бадрийярда), культурой супермаркета (В. Адерихин) и культурой гримерки. Христианские святыни и общерусские достижения незаменимы обществом спектакля (термин Ги Дебора) и унисекса, ценностями барной стойки и идеалами шмоточников, картиной мира духовных недорослей и приземленными стереотипами сиюменутных «брюшных» благ. Людям нужен духовный подвиг, подвижничество, непристанная работа сердца и разума. Без конструктивного вектора развития мир обречен на самообман, саморазрушение и на построение новой Вавилонской башни.

     Резюмируя, необходимо подчеркнуть, что современная восточнославянская роздробленность говорит о субкультурной реальности – об этносе как о единой суперсубкультуре, а уже в этническом контексте – об отдельных субкультурах. Речь идет, например, об отдельных профессиональных субкультурах – юристов, врачей, преподавателей и т.д.; региональных субкультурах – харьковская, одесская, киевская и т.д.; пророссийских и прозападных; по уровню авторитета, влияния и значимости – украинский, европейский, мировой уровни; по степени ориентации – украиноцентричная и ее иноцентричные альтернативы и т.д.

     Очень актуальна сегодня для украинцев аксиома мудрого писателя южнорусского происхождения Н.В. Гоголя: «не полюбивши России, не полюбить вам своих братьев» [1].

     Человек должен быть патриотом, а не националистом, правдолюбцем, а не преспособленцем, честным и порядочным гражданином, а не конъюнктурщиком и хамелеоном. Ведь приоритет – не сомнительные узкие этнические или внутриклассовые утопии, а общечеловеческие ценности – Истина, Добро, Справедливость, Любовь, Рассудительность, Красота, Гуманизм и Братство без ангажированности и предвзятости. И в этом контексте вопросы прав, обязанностей и свобод человека, групп людей, отдельного народа, разных народов и жителей планеты Земля становятся очень актуальными в юридическом, историческом и культурологическом аспектах. Юридические, исторические и культурологические же аспекты украинской субкультурологии – это только часть этой глобальной, общечеловеческой проблемы.

Литература: 
[1] Гоголь Н.В. Выбранные места из переписки с друзьями: Духовная проза / Состав., предисл. и коммент. В.А. Воропаева. М.: Патриот. 1993.
[2] Голубов А. Троя на Днепре // Корреспондент. 2013. №1 (540).
[3] Каревин А. «Русь нерусская» (Как рождалась «рідна мова») // URL: http://www.russian.kiev.ua/books/karevin/rusnorus/rusnorus01.shtml
[4] Каревин А. Украинский язык. История становления и развития. К.: Киевская Русь. 2011.
[5] Радзієвський В. О. Нотатки з субкультури аномії : монографія. К.: Логос. 2012.
[6] Радзієвський В. О. Про теорію та історію субкультур: нариси до субкультурології : монографія.  К.: Логос. 2013.
[7] Радзієвський В. О. Фітокультура та антианомія як елемент субкультури в ритуалах Середньовічної Русі: нотатки до фітокультурології та юридикокультурології. К.: НАКККіМ. 2011.