«Конституционная безопасность» как категория в конституционно-правовой доктрине Российской Федерации

Номер журнала:

Краткая информация об авторах: 

кандидат юридических наук, ведущий эксперт Договорно-правового департамента МВД России

Аннотация: 

В настоящей статье автор анализирует место и роль Конституции Российской Федерации, анализирует понятие «конституционной безопасности». В заключении автор делает вывод о том, что вопросы о соотношении положений отечественной конституционно-правовой науки относительно сущности и содержания категории «конституционная безопасность» и действующего в настоящее время законодательства в сфере обеспечения национальной безопасности, а также о соотношении содержания понятий «национальная безопасность» и «конституционная безопасность» требуют отдельного исследования.

Ключевые слова: 

Конституция, право, конституционная безопасность, Россия, РФ.

     Правовая доктрина – это система идей о праве, выражающих определённые социальные интересы и определяющих содержание и функционирование правовой системы и непосредственно воздействующих на волю и сознание субъектов права, признаваемых в качестве обязательных официально государством путём ссылки на труды авторитетных знатоков права в нормативно-правовых актах или юридической практикой в силу их авторитета и общепринятости [3. С. 8].

     Отечественная юридическая наука рассматривает доктрину в качестве систематизированного учения, целостной концепции, научной теории, выступающей основой программного действия. Областью доктрины как самостоятельного феномена правовой действительности была сфера правосознания, а выход на практику в основном происходил за счет особого вида толкования права – доктринального (научного), оказывающего влияние на процесс реализации права.

     Интерес современных исследователей к конституционно-правовым аспектам обеспечения национальной безопасности, различных ее сторон далеко не случаен, поскольку именно Конституция имеет решающее значение в системе правовых средств сбалансированного обеспечения безопасности личности, общества и государства, а сама безопасность как определенный режим статусного состояния соответствующих субъектов приобретает конституционные характеристики, становится конституционной безопасностью [2].

     Наконец, сама же «Конституция России выдвигает перед юриспруденцией задачу глубокого исследования новых явлений конституционного строительства, свойственных данному этапу российской государственности»; по существу, «надо говорить о формировании конституционной доктрины России» [14].

     Именно конституционная доктрина как центральное звено, фокусирующее в своих положениях практический ракурс фундаментальных научных проблем, способна стать точкой отсчета конструктивной консолидации усилий ученых, политиков, государственных деятелей по созданию конституционного правопорядка, отвечающего интересам отдельной личности, всего общества и государства [10].

     В настоящее время, говоря о функциях современного государства в меняющемся мире, учитывая развитие как международного сотрудничества, так и межгосударственных противоречий, уровень современных вызовов и угроз интересам личности, общества и национальной безопасности отдельно взятой страны, появляются и новые подходы к исследованию как сущности государства, так и его функций, в частности по обеспечению безопасности, в том числе и в экономической, социальной, политической и духовной сферах общественной жизни.

      «Фундамент социально-государственной устойчивости – стабильность системы государственной власти и системы государственного строя в целом. Именно эта стабильность обеспечивает предсказуемость будущего. Именно эта стабильность позволяет всем субъектам политики, экономики, социального действия – от партий и других общественных институтов до хозяев крупных компаний и рядовых граждан - понимать свои перспективы, нормально планировать жизнь и деятельность. Конституция, как свод главных норм прямого действия, является бесспорной и единственной в своем роде гарантией стабильности политического строя. А значит, базовым документом, на котором держится все остальное здание «предсказуемого будущего». Сейчас очень много говорится о безопасности, о различных формах и типах безопасности, которым следует уделять особое внимание в развитии России… В этом ряду на особом месте должна стоять правовая конституционная безопасность» [8].

      «Конституция имеет решающее значение в системе правовых средств сбалансированного обеспечения безопасности личности, общества и государства, а сама безопасность как определенный режим статусного состояния соответствующих субъектов приобретает конституционные характеристики, становится конституционной безопасностью» [2. С. 42 – 43].

«Практически все институты конституционного права оказывают прямое влияние на обеспечение системы национальной безопасности. Это находит свое подтверждение практически во всех функциях конституции – учредительной, организаторской, внешнеполитической, идеологической и, конечно, юридической» [1. С. 138 - 144.].

     Кроме того, по мнению, Г.А. Гаджиева, «особым универсальным институтом гарантирования конституционной безопасности является судебно-конституционный контроль, представленный деятельностью Конституционного Суда РФ, а также конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации…

     … В решениях Конституционного Суда получают практическую реализацию подходы, связанные с поиском и обеспечением баланса публичных и частных интересов в связи с анализом оспариваемых нормативных правовых актов, относящихся к различным отраслям законодательства и ко всем сферам государственной и общественной жизни - рыночной экономике и социальной защите граждан, политической системе и многопартийности, федерализму, местному самоуправлению и соотношению децентрализации с единством государственной власти и т.д. Одновременно именно в решениях Конституционного Суда получили обоснование важные принципы обеспечения безопасности личности, общества и государства, среди которых – принцип соразмерности (пропорциональности) и сбалансированности при ограничении субъективных прав, принцип недопустимости злоупотребления правом и, в особой мере, принцип юридической безопасности» [4].

     Таким образом, первые упоминания и проведение системного анализа вопросов, связанных с определением содержания категории «конституционная безопасность» содержатся в работах В.Д. Зорькина, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Б.С. Эбзеева и С.А. Авакьяна.

     Достаточно интересной представляется позиция Ю.Л. Шульженко, согласно которой Конституция является одним из средств защиты национальной безопасности, в том числе от неэффективной, авторитарной государственной власти; одновременно важнейшая конституционная задача – гарантировать государственную безопасность, а основной принцип безопасности предполагает взаимную ответственность личности, общества и государства за ее обеспечение [13. С. 5].

     Кроме того, этим же автором отмечается, что Конституция устанавливает такое сочетание баланса интересов, когда усиление защищенности каждого субъекта возможно через увеличение безопасности для других сторон; Конституция «должна определять внутреннюю безопасность, устанавливая определенный уровень степени защиты собственных положений» [13. С. 5].

     Также одним из первых авторов, упоминающих о конституционной безопасности, является Т.Э. Шуберт, рассматривающий данное понятие как деятельность по обеспечению защиты основ конституционного строя, которые включают в себя нормы Конституции, регламентирующие исходные начала системы права, важнейшие принципы статуса и деятельности субъектов конституционно-правовых отношений, позволяющие определять и развивать институты конституционного законодательства [12. С. 57].

     Продолжая тему конституционной безопасности, Т.М. Пряхина отмечает, что «Конституция должна иметь достаточный запас внутренней прочности от покушений на ее неприкосновенность и незыблемость. Особая усложненная процедура пересмотра основного закона расценивается не только в качестве гарантии стабильности конституционного развития, но и одной из форм ее самоохраны» [10].

     По мнению И.В. Гончарова, одной из важнейших предпосылок обеспечения конституционной безопасности Российской Федерации является законодательное урегулирование связанных с этим вопросов. Им отмечается, что место и роль права в решении проблем ее обеспечения определяется прежде всего специально-юридическими функциями права, прежде регулятивными и охранительными [5].

     Согласно названной выше позиции, необходимость детального урегулирования всех аспектов обеспечения безопасности государства определяется рядом важнейших обстоятельств.

     Во-первых, речь идет о безопасности государства как такового, защищенности основ его конституционного строя, в том числе территориальной целостности и неприкосновенности.

     Во-вторых, обеспечение безопасности государства, в том числе конституционной, - это одна из наиболее закрытых сфер деятельности органов государственной власти, призванных выполнять эти задачи, и в этом случае возможности для проявления субъективизма наиболее широкие.

     В-третьих, конечным результатом обеспечения конституционной безопасности государства является обеспечение безопасности его граждан, их прав и свобод, законных интересов.

     В связи с этим, по мнению И.В. Гончарова, логичным представляется, что правовые формы обеспечения конституционной безопасности государства, система органов государственной власти, призванных выполнять эти задачи, устанавливаются прежде всего Конституцией Российской Федерации [5].

     В самом общем виде правовую основу конституционной безопасности Российской Федерации можно представить в следующем виде: 1) Конституция Российской Федерации и конституции (уставы) субъектов Российской Федерации; 2) Закон Российской Федерации «О безопасности», законы Российской Федерации и законы субъектов Российской Федерации; 3) иные нормативно-правовые акты Российской Федерации, регулирующие отношения в сфере конституционной безопасности и соответствующие нормативно-правовые акты субъектов Российской Федерации; 4) международные договоры и соглашения, участником которых является Российская Федерация [5. С. 10].

     Далее И.В. Гончаровым прямо отмечается, что в Конституции Российской Федерации содержится ряд норм, направленных на обеспечение ее конституционной безопасности. В частности, статья 13 запрещает «создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни». Для обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя в Российской Федерации может вводиться в соответствии с федеральным законом правовой режим чрезвычайного положения и предусматриваться отдельные ограничения прав и свобод граждан с указанием пределов и срока их действия (статья 56). Конституция предусматривает возможность ограничения прав и свобод граждан и в других случаях, предусмотренных федеральным законом, необходимых для защиты основ конституционного строя (статья 55). Одновременно статьи 71 – 72 Конституции Российской Федерации разграничивает предметы ведения Российской Федерации и ее субъектов в области обеспечения безопасности государства. Согласно пункту «м» статьи 71 в ведении Российской Федерации находятся вопросы обороны и обеспечения ее безопасности.

     В совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов (п. п. «а», «б» ст. 72) находятся вопросы «обеспечения соответствия конституций и законов республик, уставов, законов и иных нормативных правовых актов краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов Конституции Российской Федерации и федеральным законам; защита прав и свобод человека и гражданина; защита прав национальных меньшинств; обеспечение законности, правопорядка, общественной безопасности». То есть фактически в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации - важнейшие составляющие конституционной безопасности государства. В статьях 56, 80, 82, 102, 105, 114, 120, 125, 129 Конституция Российской Федерации определяет органы государственной власти: Президент Российской Федерации, Совет Федерации, Государственная Дума, Правительство Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации, в компетенцию которых входит обеспечение конституционной безопасности Российской Федерации, порядок их деятельности и формы реализации соответствующих полномочий в этой сфере.

     При этом в тексте Конституции Российской Федерации вообще отсутствует понятие «конституционная безопасность», нет специальных статей, содержащих систему защиты конституционного строя страны, конкретных субъектов ее обеспечения, предусматривающих ответственность должностных лиц органов государственной власти и местного самоуправления за действия и решения, содержащие угрозу конституционной безопасности страны (1).

     В этой связи указанному автору представляется возможным в рамках глав 3 - 7 предусмотреть систему внутренне согласованных норм, определяющих систему обеспечения конституционной безопасности государства, предполагающую организационно-правовую основу деятельности соответствующих органов государства, формы реализации их полномочий в этой сфере, ответственность должностных лиц и органов государственной власти и местного самоуправления.

     И.В. Гончаровым одним из первых в отечественной науке конституционного права предлагается Концепция конституционной безопасности; содержание этой концепции должно включать в себя такие элементы, как понятия цели и средства, обеспечивающие конституционную безопасность государства, перечень и характер угроз. Одновременно в концепции должна быть указана система органов государственной власти, обеспечивающих конституционную безопасность, их полномочия, организационно-правовые основы деятельности, формы координации этой деятельности (2).

     Резюмируя, отмечается, что вышесказанное подтверждает необходимость разработки и принятия в Российской Федерации федерального закона либо нескольких федеральных законов, объединенных в систему, устраняющих пробелы и противоречия существующего законодательства, формулирующих единый понятийный аппарат, исключающий неоднозначное толкование в правоприменительной деятельности по обеспечению конституционной безопасности государства (3).

     Далее также обращается внимание на тесную взаимосвязь вопросов обеспечения конституционной безопасности государства с фактором конституционной законности, под которой понимается строгое соблюдение всеми субъектами конституционных правоотношений требований и норм, прямо содержащихся в Конституции Российской Федерации или вытекающих из нее, и соблюдения всех законов и иных нормативных правовых актов органов государственной власти (4).

     Детально говоря об обеспечении конституционной безопасности в масштабах всего государства, И.В. Гончаров рассматривает и взаимоотношения федерального центра с субъектами Российской Федерации (5).

     Рассматривая основы конституционной безопасности Российской Федерации, И.В. Гончаров обращает свое внимание и на особые правовые режимы, в частности – на режим чрезвычайного положения.

     К числу нормативных правовых актов, составляющих систему законодательного обеспечения конституционной безопасности Российской Федерации, по мнению И.В. Гончарова, необходимо также отнести федеральные конституционные законы, федеральные законы, иные нормативные акты специального характера, определяющие место и роль конкретных органов государственной власти в механизме ее обеспечения.

     Особое внимание автором обращается на практически полное отсутствие в законодательстве начала 2000-х годов норм, регулирующих институт вооруженного вмешательства в дела субъекта Федерации как крайней меры обеспечения конституционного порядка на территории данного субъекта Федерации и в стране в целом (6).

     Аналогичная ситуация может возникнуть при возникновении в субъекте Федерации различного рода межнациональных столкновений, широкомасштабных массовых беспорядков, других социальных конфликтов, при которых создаются хорошо организованные вооруженные формирования, фактически ведущие боевые действия против федеральных сил.

     В этих случаях обеспечение территориальной целостности государства возможно только путем прямой федеральной интервенции в дела субъекта Федерации с использованием вооруженных сил страны (7).

     Это только подтверждает необходимость принятия в России «Концепции конституционной безопасности государства, в соответствии с принципами которой должны быть устранены все имеющиеся недостатки в правовом регулировании данных вопросов, сформирована целостная система обеспечения конституционной безопасности государства» [5. С. 12].

     В.О. Лучин, по сути также ведя речь о вопросах обеспечения конституционной безопасности, предлагает более детальный с формальной точки зрения подход к рассматриваемому И.В. Гончаровым вопросу, вводя в научный оборот термин «федеральная конституционная безопасность», под которой, по его мнению, понимается состояние защищенности основ конституционного строя России, ее суверенитета, государственной и территориальной целостности, федеративного устройства, конституционных гарантий прав и свобод человека и гражданина, верховенства Конституции России и федерального законодательства, нормального функционирования конституционных институтов государственной власти [9. С. 611].

     Вместе с тем полагаем, что с содержательной точки зрения позиция И.В. Гончарова является более концептуальной.

     В дальнейшем, во многом ставший классическим названный выше подход к вопросам обеспечения (федеративной) конституционной безопасности профессоров В.О. Лучина и И.В. Гончарова, был конкретизирован в трудах и достаточно молодых ученых.

     Одной из таких работ является диссертационное исследование С.А.Димитровой. При анализе вопросов конституционной безопасности федеративного государства, ею отмечается, что конституционная безопасность Российской Федерации – это одна из составляющих национальной безопасности государства; ею подчеркивается, что современная обстановка в России и в мире характеризуется поиском путей укрепления национальной безопасности, одной из составляющих которой является конституционная безопасность, проведением всесторонних исследований различных аспектов ее обеспечения. Это обусловлено необходимостью создания внутренних и внешних условий, обеспечивающих благополучие, стабильность и устойчивое поступательное развитие личности, общества и государства [6. С. 4].

     В современных условиях Российская Федерация не является простым соединением образующих ее частей, а представляет собой единое государство, в котором: обеспечиваются целостность и неприкосновенность его территории; существует единое гражданство; гарантируется единое экономическое пространство и использование единой денежной, единицы устанавливается верховенство Конституции Российской Федерации и Федеральных законов на всей территории Российской Федерации; действуют федеральные органы государственной власти и провозглашается единство системы государственной власти; государственные образования рассматриваются как находящиеся в составе Российской Федерации, территория каждого из них является неразрывной частью территории России; вопросы федерального устройства отнесены к исключительной компетенции Российской Федерации; отсутствует, как и в других существующих федеративных государствах, право выхода сецессии субъектов из Российской Федерации. А это означает, что в государстве должен быть создан соответствующий конституционно-правой механизм обеспечения его безопасности, одной из составляющих которого является конституционная безопасность [6].

     При этом принцип единства системы государственной власти является одной из важных характеристик единства Российской Федерации и конституционного строя, поскольку он может рассматриваться как конечное следствие того, что в соответствии с Конституцией Российской Федерации «носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации и ее территориальной целостности является многонациональный народ» [6]. Именно этот принцип, по мнению указанного автора, в полном объеме гарантирует конституционную безопасность Российской Федерации, ее суверенитет, территориальную целостность и обеспечивает слаженное функционирование всего государственного механизма по осуществлению функций Российского государства во всей их полноте и многообразии.

     Достаточно интересным является и сформулированное С.А. Димитровой теоретическое определение конституционной безопасности государства как составной части государственной и национальной безопасности, заключающейся в состоянии защищенности основ конституционного строя от угроз, прежде всего внутреннего характера (8).

     Кроме того, в анализируемой работе отмечается, что важнейшим элементом обеспечения конституционной безопасности Российской Федерации в условиях ее современного развития, является закрепление в соответствующих нормативных правовых актах четкого правового механизма взаимного контроля и ответственности органов государственной власти и органов местного самоуправления (9).

     Продолжая, как и многие другие ученые критиковать действовавшее на тот момент времени (2007 год) законодательство о безопасности, в диссертации Димитровой содержится предложение о целесообразности принятия нового федерального закона, так как Закон «О безопасности» № 2446-1 от 5 марта 1992 г. был принят в условиях функционирования в Российской Федерации принципиально иной политической и экономической системы и не дифференцирует различные аспекты безопасности государства, включающей в себя «национальную безопасность», «государственную безопасность» (10).

     С.А. Димитрова выдвигает ряд предложений по совершенствованию правотворческой деятельности органов законодательной власти Российской Федерации, обосновывая при этом руководящую и все возрастающую роль не только Президента России как главы государства и гаранта Конституции, но и Федерального Собрания Российской Федерации в механизме государственной власти, повышения роли представительного и законодательного органа Российской Федерации в системе обеспечения конституционной безопасности путем расширения его контрольных полномочий.

     Не менее интересной представляется и позиция С.Ю. Чапчикова, в соответствии с которой «Конституция – это нормативно-правовая основа обеспечения безопасности общества и государства» [11. С. 12]. Сущность конституции призвана отражать основополагающие качественные характеристики общества, государства и личности в их соотношении и взаимосвязях. Конституция может рассматриваться как нормативно-правовая основа для разрешения социальных противоречий в обществе и государстве и достижения на этой основе безопасности личности, общества и государства.

     Лишь на этой основе становится возможным достижение реальной, конституционно гарантированной безопасности личности, общества и государства [7. С. 30-34].

     По мнению, С.Ю. Чапчикова, в юридическом плане конституция выступает в этом случае как политико-правовая основа снятия, преодоления социальных противоречий, выражающих несовпадающие (а порой и противоположные) интересы основных политических сил общества и составляющих в своей совокупности фактическую конституцию общества. Конституция как основной закон государства призвана отражать на правовом уровне соответствующие противоречия и по мере возможности способствовать их разрешению с помощью специфического, юридико-правового конституционного инструментария воздействия на различные сферы общественных отношений [11].

     Кроме того, Конституция России отражает различные характеристики состояния безопасности участников (субъектов) конституционно-правовых и иных отношений в обществе и государстве. Это, прежде всего, состояние правовой (юридической) безопасности личности, имея в виду, например, физическую безопасность (ст. 20 - 23), информационную безопасность (ст. 24, 29), экономическую безопасность (ст. 34, 35), финансовую безопасность (ст. 75), экологическую безопасность (ст. 58) и т.п [11].

     С.Ю. Чапчиков отмечает, что для оценки защищенности соответствующих ценностей на уровне не только личности, но также общества и государства в целом важное значение имеет институт прав и свобод человека и гражданина в соотношении с интересами национальной безопасности: «В основе анализа прав человека и гражданина как фактора конституционной безопасности России лежит уяснение самой природы данного института, его места и роли в системе ценностей современных демократических правовых государств» [11. С. 16].

     Определяя смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления (статья 18 Конституции Российской Федерации), права человека могут рассматриваться в качестве действенного институционно-правового средства достижения национальных интересов. Поэтому признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2 Конституции Российской Федерации). От того, как соблюдаются и гарантируются права человека, зависит в конечном счете общественная стабильность и степень реализации национальных интересов России как совокупности интересов личности, общества и государства (11).

     Таким образом, по мнению названного автора, обеспечивая согласование интересов личности, общества и государства посредством поиска баланса между свободой и властью, права человека становятся важным фактором конституционной безопасности Российской Федерации.

     Конституционная безопасность личности – неотъемлемая составляющая правового государства и верховенства закона, а права личности – это одновременно и средство достижения интересов общества и государства (12).

     Однако С.Ю. Чапчиковым отмечается, что конституционная безопасность – это не чисто политическое и правовое явление. Важной ее составляющей является экономическое содержание, так как без развитой экономики, без материального благосостояния граждан нет безопасного общества и государства. В конституционной безопасности также важна ее социально-культурная составляющая (13).

     Наконец, конституционная безопасность есть реальная основа баланса между публичными и частными интересами [11]. Для достижения такого баланса Конституцией предусмотрены самые различные механизмы и институционные средства разрешения общественных противоречий и конфликтов, гарантирования состояния защищенности. Среди них С.Ю. Чапчиковым выделяются две основные разновидности: а) универсальные институты, которые могут быть использованы для разрешения любых социальных противоречий, конфликтов и, таким образом, имеющие всеобъемлющее значение с точки зрения гарантирования конституционной безопасности в обществе и государстве (14); б) специальные институты, имеющие конкретно-целевое назначение для разрешения социальных противоречий и конфликтов (15).

     Таким образом, Конституция составляет прочную нормативно-правовую основу обеспечения конституционной безопасности личности, общества, государства (Российской Федерации).

     В заключении отметим, что С.Ю. Чапчиков, как и многие другие современные ученые, обращает внимание на тесную взаимосвязь конституционной безопасности и национальной.

     По его мнению, в Конституции отражаются также различные стороны безопасности государства (ч. 3 ст. 4, ч. 5 ст. 13, ч. 3 ст. 55, п. «м» ст. 71), общества (ч. 2 ст. 7, ч. 1 ст. 9); однако наиболее широкая, в данном случае интегральная основа юридической и соответственно конституционной безопасности воплощается в категории национальной безопасности [11].

     Под национальной безопасностью Российской Федерации предложено понимать «безопасность ее многонационального народа как носителя суверенитета и единственного источника власти в Российской Федерации». В этом случае такое сложное, многогранное явление, как национальная безопасность, ограничивается, к сожалению, сферой исключительно публичных отношений, в рамках которых обеспечивается безопасность народа как носителя суверенитета и единственного источника власти. Между тем конституционный режим национальной безопасности не может не включать, в частности, интересы личности, ее права и свободы. В демократическом обществе свобода личности, достоинство граждан государства, защита их прав и законных интересов независимо от каких-либо обстоятельств и условий есть вопрос национального достоинства личности и общества и безопасности всего государства [11].

     Таким образом, несмотря на различные подходы к определению сущности и содержания категории «конституционная безопасность», а также на полное отсутствие законодательных дефиниций, практически всеми исследователями признается, что данный термин является одним из базовых при рассмотрении вопросов обеспечения национальной безопасности.

     Первые упоминания и попытки введения в научный оборот категории «конституционная безопасность» содержатся в работах таких корифеев отечественной конституционно-правовой доктрины, как В.Д. Зорькин, Н.С. Бондарь, Г.А. Гаджиев, Б.С. Эбзеев и С.А. Авакьян.

     Также одним из первых авторов, упоминающих о конституционной безопасности, является Т.Э. Шуберт, рассматривающий данное понятие как «деятельность по обеспечению защиты основ конституционного строя…» [12].

     Достаточно интересной представляется позиция Ю.Л. Шульженко, согласно которой Конституция является одним из средств защиты национальной безопасности, в том числе от неэффективной, авторитарной государственной власти; одновременно важнейшая конституционная задача – гарантировать государственную безопасность, а основной принцип безопасности предполагает взаимную ответственность личности, общества и государства за ее обеспечение [13].

     Аналогичной, по нашему мнению, является и взгляд на проблему С.Ю. Чапчикова, в соответствии с которым «Конституция – это нормативно-правовая основа обеспечения безопасности общества и государства» [11]; лишь на этой основе становится возможным достижение реальной, конституционно гарантированной безопасности личности, общества и государства.

     Наиболее же серьезный вклад в разработку собственно теории конституционной безопасности в отечественной конституционно-правовой доктрине, на наш взгляд, внес И.В. Гончаров, одним из первых предложивший Концепцию конституционной безопасности России.

     Рассматривая взаимоотношения федерального и центра и субъектов Российской Федерации, В.О. Лучин предлагает более детальный подход: «федеральная конституционная безопасность» - это «состояние защищенности основ конституционного строя России, ее суверенитета, государственной и территориальной целостности, федеративного устройства, конституционных гарантий прав и свобод человека и гражданина, верховенства Конституции России и федерального законодательства, нормального функционирования конституционных институтов государственной власти» [9. С. 611].

     По мнению же С.А. Димитровой, конституционная безопасность государства – это составная часть государственной и национальной безопасности, заключающаяся в состоянии защищенности основ конституционного строя от угроз, прежде всего внутреннего характера (16).

     Именно этот принцип, по мнению указанного автора, в полном объеме гарантирует конституционную безопасность Российской Федерации, ее суверенитет, территориальную целостность и обеспечивает слаженное функционирование всего государственного механизма по осуществлению функций Российского государства во всей их полноте и многообразии.

     Очевидно, что вопросы о соотношении положений отечественной конституционно-правовой науки относительно сущности и содержания категории «конституционная безопасность» и действующего в настоящее время законодательства в сфере обеспечения национальной безопасности, а также о соотношении содержания понятий «национальная безопасность» и «конституционная безопасность» требуют отдельного исследования.

ПРИМЕЧАНИЯ

(1) Для сравнения им приводится зарубежный опыт: пункты «а» - «г» статьи 78 Конституции Австрийской Республики специально посвящены органам, обеспечивающим безопасность государства, а статья 87 Конституции ФРГ предусматривает возможность учреждения федеральным законом ведомств по сбору материалов для целей охраны Конституции и для защиты ее от попыток путем применения силы или подготовки ее применения создать на территории федерации угрозу ее интересам // Конституции государств Европейского Союза. 1997. С. 53, 209.

(2) Положения Концепции конституционной безопасности должны развиваться и конкретизироваться в Федеральных законах «Об ответственности должностных лиц и органов государственной власти и органов местного самоуправления в Российской Федерации», «О федеральном вмешательстве в Российской Федерации» и др. Некоторые из этих законов уже приняты (ФКЗ «О чрезвычайном положении в Российской Федерации»), принятие других законов в области обеспечения конституционной безопасности Российской Федерации является объективно необходимым в условиях дальнейшей оптимизации государственного и общественного устройства Российской Федерации.

(3) Достаточно интересным представляется настоящее положение дел в российском законодательстве – по всей видимости Указ Президента РФ от 12.05.2009 № 537 «О стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года», а самое главное - Федеральный закон от 28.12.2010 № 390-ФЗ «О безопасности» отчасти решают выделенные И.В. Гончаровым задачи Концепции конституционной безопасности.

(4) В настоящее время уже признано, что органы государственной власти Российской Федерации несут ответственность за нарушение конституционных норм, федеральных конституционных и федеральных законов, а также обеспечивают соответствие Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству принимаемых и принятых ими нормативных правовых актов.

(5) В соответствии с позицией И.В. Гончарова, необходимо признать, что процедура отстранения от должности высших должностных лиц субъектов Российской Федерации, а равно процедура роспуска законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации, предусмотренные Федеральным законом с учетом Постановления Конституционного Суда по делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» от 4 апреля 2002 г., является весьма затрудненной и практически неосуществима на практике. Возможно, в том числе, и в свете названных причин в настоящее время существенно изменена как процедура и порядок назначения высших должностных лиц субъектов Российской Федерации, так и прекращения ими своих полномочий.

(6) Применение этих крайних мер имеет место в случае, если субъект Федерации, определенные политические силы на его территории противостоят Федерации, решая при этом, прежде всего сепаратистские задачи и используя незаконные вооруженные формирования.

(7) Отсутствие правового регулирования подобных экстраординарных ситуаций может сыграть свою очень негативную роль. Ситуация, связанная с наведением конституционного порядка в Чеченской республике, показала, что правительственные войска, выполняя задачи по защите конституционного строя страны, действуют фактически вне рамок правового поля.

(8) Конституционная безопасность предполагает сознательные действия субъектов конституционных правоотношений практически во всех социальных отношениях, складывающихся в процессе взаимодействия личности, общества, государства. Меры, предпринимаемые для ее обеспечения, и особенно характер угроз конституционному строю страны, позволяют говорить о ее «внутренней» направленности, поскольку особенности обеспечения национальной и государственной безопасности, меры, которые при этом предпринимаются, детерминируются в большей степени угрозами внешнего характера. Это является важнейшим критерием, позволяющим разграничивать и анализировать названные составляющие основополагающей категории «безопасность».

(9) Ведь конституционная ответственность органов государственной власти и местного самоуправления является особым видом юридической ответственности, имеющим ярко выраженный политический характер в силу особенностей ее субъектов и оснований ее наступления, и занимает важнейшее место в механизме правовой охраны Конституции и обеспечении единства правового пространства и конституционной целостности страны.

(10) В нем отсутствует детализация угроз государству, основам его конституционного строя, интересам личности и общества в условиях новых реалий Российской Федерации. Новый закон призван устранить пробелы в правовом регулировании общественных отношений в области обеспечения безопасности, более четко разграничить государственные органы, обеспечивающие национальную, государственную и конституционную безопасность Российской Федерации, их компетенцию, способы, методы деятельности и ответственность.

(11) Всеобъемлющий, всепроникающий характер прав человека как фактора конституционной защищенности социальной среды, безопасности ее субъектов предопределяется единством системы прав и свобод, включающей в качестве равноценных и в одинаковой мере обладающих качеством непосредственно действующих личные (гражданские), политические, социально-экономические права человека и гражданина

(12) Именно поэтому права человека и гражданина, по мнению указанного автора, составляют основу конституционной безопасности России. Конституционная безопасность личности и есть тот самый баланс между публичными и частными интересами, международными (универсальными) и национальными (специфическими) ценностями, для достижения которого Конституцией РФ предусмотрены самые различные механизмы разрешения общественных противоречий.

(13) Исторические, культурные традиции нашего народа оставляют глубокий отпечаток на всех реформах, которые проводятся в постсоветский период. Только учет национальных российских особенностей может позволить в полной мере гарантировать права человека как основу конституционной безопасности России. Современная концепция прав человека и ее воплощение в системе российского законодательства должны быть нормативно-правовыми хранителями многовековой духовной культуры России, что является условием и надежной гарантией достижения баланса интересов личности, общества и государства и обеспечения на этой основе конституционной безопасности Российской Федерации.

(14) К универсальным институтам разрешения социальных противоречий и обеспечения конституционной безопасности относятся, например, институты разделения властей - по горизонтали (ст. 10) и вертикали (ст. 11, 12), политического и идеологического многообразия, многопартийности (ст. 13), экономического плюрализма, множественности форм собственности (ст. 8), федерализма (ст. 5), целостности и неприкосновенности территории Российской Федерации (ч. 3 ст. 4), верховенства Конституции Российской Федерации и федеральных законов (ч. 2 ст. 4, ч. 1 ст. 15), которые самим своим нормативно-правовым содержанием сориентированы на многовекторное регулятивное воздействие и соответственно на выявление и достижение баланса различных интересов и несовпадающих конституционных ценностей.

(15) К специальным относятся, например, институты президентского вето (ст. 107), недоверия Правительству (ст. 117) или институты экономической конкуренции (ч. 1 ст. 8, ч. 2 ст. 34), петиций (ст. 33), индивидуальных и коллективных трудовых споров, включая право на забастовку (ч. 4 ст. 37), судебного обжалования решений и действий органов государственной и муниципальной власти, общественных объединений и должностных лиц (ч. 2 ст. 46) и т.д.

(16) Конституционная безопасность предполагает сознательные действия субъектов конституционных правоотношений практически во всех социальных отношениях, складывающихся в процессе взаимодействия личности, общества, государства. Меры, предпринимаемые для ее обеспечения, и особенно характер угроз конституционному строю страны, позволяют говорить о ее «внутренней» направленности, поскольку особенности обеспечения национальной и государственной безопасности, меры, которые при этом предпринимаются, детерминируются в большей степени угрозами внешнего характера. Это является важнейшим критерием, позволяющим разграничивать и анализировать названные составляющие основополагающей категории «безопасность».

Литература: 
[1] Авакьян С.А. Конституционное право России. Том 1. Второе издание: Учебный курс. М., 2007.
[2] Бондарь Н.С. Конституционная безопасность личности, общества, государства: постановка проблемы в свете конституционного правосудия // Правовая реформа, судебная реформа и конституционная экономика: Сборник статей. М., 2004.
[3] Васильев А.А. Правовая доктрина как источник права: историко-теоретические вопросы: Диссертация ... кандидата юридических наук: 12.00.01 Барнаул, 2007. 
[4] Гаджиев Г.А. Конституционные принципы рыночной экономики (Развитие основ гражданского права в решениях Конституционного Суда Российской Федерации). М.: Юристъ, 2002. 
[5] Гончаров И.В. Законодательное обеспечение конституционной безопасности Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. 2003. № 4. 
[6] Димитрова С.А. Обеспечение конституционной безопасности федеративного государства в условиях современного развития Российской Федерации (конституционно-правовой аспект): диссертация ... кандидата юридических наук: 12.00.02 - Москва, 2008. 
[7] Ежевский Д.О. Конституционные гарантии стабильности государственного строя // Образование и право. 2010. № 9. 
[8] Зорькин В. Д. Россия и ее Конституция // Журнал российского права. 2003. №11. 
[9] Лучин В.О. Конституция Российской Федерации. Проблемы реализации. М., 2002. 
[10] Пряхина Т.М. Конституционная доктрина Российской Федерации: научное издание. М., 2006. 
[11] Чапчиков С.Ю. Конституционные гарантии обеспечения безопасности общества и государства // Конституционное и муниципальное право. 2009. № 17. 
[12] Шуберт Т.Э Конституционная безопасность России // Журнал российского права. 1998. № 4/5. 
[13] Шульженко Ю.Л. Самоохрана Конституции Российской Федерации. М., 1997. 
[14] Эбзеев Б.С. Конституция. Правовое государство. Конституционный суд: Учебное пособие для вузов. М., 1997.