Международно-правовые стандарты Совета Европы и правовые традиции России

Номер журнала:

Краткая информация об авторах: 

старший преподаватель кафедры государственного права Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена

Аннотация: 

В данной статье рассмотрены этапы становления и развития российской правовой традиции. Показано, что в различные исторические периоды правовая традиция имела тенденцию ориентации и дезориентации на европейские правовые идеи. Указано, что советский период развития национальных традиций связан с действием принципа примата государственной идеологии над правом. Сближение с европейской правовой традицией произошло с момента образования Российской Федерации и принятия Конституции. Автором представлено соотношение международно-правовых стандартов в области прав человека и российской правовой традиции на примере свободы совести и защиты прав малочисленных и коренных народов. Активное внедрение международно-правовых стандартов в национальное законодательство произошло после вступления России в Совет Европы. Однако автором отмечено, что  российская правовая традиция развивается с учетом национальных интересов и правовых реалий.

Ключевые слова: 

правовые традиции, международно-правовые стандарты, права человека, Совет Европы, правовая система, Россия, РФ.

Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ в рамках проекта проведения научных исследований («Правовые традиции России и развитие права международных организаций: проблемы взаимовлияния»), проект № 15-03-00255.
 
     Политические изменения, произошедшие в европейском регионе в конце 80-х – начале 90-х гг. ХХ века открыли возможности международно-правовой защиты прав человека для населения стран постсоветского пространства. Тем не менее, исторический опыт показал, что реализация норм международного права не может быть эффективна без опоры на национальные правовые системы, и, соответственно, на правовые традиции отдельного государства.
     Необходимо отметить функциональное назначение правовых традиций: они  помогают осуществлять отбор ранее существовавших ценностей, являются источником законности, легитимности правовых институтов, заключают в себе символы коллективной идентичности. З.М. Черниловский отмечал проблему правовых традиций как фактор, ограничивающий реформы права. С его точки зрения, правовыми традициями могут быть названы важные элементы права, правосознания и правоприменительной практики, перешедшие в том или ином виде из одной исторической эпохи в другую [6. C. 60-65]. А.Н. Медушевский отмечает, что «правовая традиция  — приверженность общества и юристов соответствующим стереотипам мышления и мотивации поведения» [4. С. 6].
     Анализируя правовые традиции современной России, можно выделить несколько аспектов: серьёзная ориентация на западные правовые образцы, антропологический подход при выборе тех или иных  поведенческих конструкций [3. С. 1], ориентация на безопасность [6. С. 358-361], трансформация под влиянием членства в международных организациях [9. С. 110-114] и другие.
     Государство и право в России развивались в русле европейской традиции, в основе которой лежит христианство. Азиатское направление в развитии российской государственности и правовых явлений никогда не прослеживалось. Однако у России была своя история, свои ценности и приоритеты, свое сочетание культурно-правовых и национальных образов права. Западная цивилизация главное внимание уделяла правовым аспектам существования людей в обществе, тогда как в России вопросы права имели гораздо меньшее значение [4. С. 21] в силу того, что практически безотказно работали другие социальные регуляторы – прежде всего, нормы церковного права [2. С. 34-38], моральные нормы и т.д.
     Чтобы сегодня объективно оценить состояние российской правовой традиции, необходимо рассмотреть исторические этапы ее становления. По мнению А.Н. Медушевского, можно выделить пять этапов становления национальной «правовой идеи»: 
1) Первый этап - Древняя Русь -  формирование древнерусского права в русле европейской традиции, но при господстве обычного права. Уже в русско-византийских договорах упоминалось о «Законе русском» как о системе русского обычного права. 
2) Второй этап, совпадающий со становлением централизованного Московского государства (XIV–XV вв.), характеризовался преобладанием обычного права, но при ярко выраженном стремлении к его унификации и кодификации, связанном с усилением централизации власти.
3) Третий этап — имперский, или петербургский, период (XVIII — начало XX  в.) отразил преобладание рационализированного права над обычным. Обычное право, господствовавшее ранее, утрачивает значение.
4) Четвертый этап  — советский период, выражавший принцип приоритета идеологии над правом (1917–1993  гг.). Революции начала ХХ в. уничтожили непрочные элементы гражданского общества, сформировавшиеся после Великих реформ 60-х гг. XIX в. Так называемое народное «правосознание» восторжествовало над европейской системой позитивного права.
5) Пятый этап — новейший период развития российского права, связанный с конституционной революцией 1993  г. и ориентацией на ценности, принципы и нормы европейского происхождения.  В данный период характерно установление приоритета международного права над внутригосударственным, и выстраивание системы источников права, свойственных западным вариантам континентальной правовой семьи [4. С. 15-25]. 
 
     Исходя из предложенной периодизации, российская правовая традиция на протяжении своего исторического развития была направлена как на сближение, так и на отдаление от европейской правовой традиции.
     В начале 1990-х годов региональная система защиты прав человека в лице Совета Европы, а также Организации (Совещания – до 1995 года) по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) подготовила политико-правовое начало утверждения главенствующей роли международных стандартов прав человека [8. С. 24-25].
     Принятие российского варианта Декларации Верховным Советом РСФСР 22 ноября 1991 г. и внесение 21 апреля 1992 г. соответствующих поправок в Конституцию РСФСР 1978 г. ознаменовали начало новой эпохи в развитии правового статуса человека и гражданина в России, начало процесса реформирования российской правовой системы. Именно в это время в Российской Федерации началась активная  работа по приведению российского законодательства в соответствие с международными и европейскими требованиями в области защиты прав человека, прежде всего, с нормами Всеобщей декларации прав человека 1948 г., Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах 1966 г., Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. и Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. Влияние этих международных документов на российское законодательство стало определяющим в первой половине 1990-х гг., особенно после подачи Россией заявки на вступление в Совет Европы (7 мая 1992 г.). С этого момента Российская Федерация начала принимать непосредственное участие в различных направлениях деятельности Совета Европы, в выполнении межправительственных программ «сотрудничества и содействия», а с апреля 1993 г. совместно с Советом Европы начал осуществляться Проект гармонизации российского законодательства с европейскими нормами в области прав человека.
     Утверждение в российской правовой системе международных и европейских стандартов в области прав человека стало возможным после принятия Конституции Российской Федерации 1993 г., основные положения которой (глава 2 «Права и свободы человека и гражданина») опираются на базовые принципы и нормы Международных пактов 1966 г. и Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. Конституция Российской Федерации, включив общепризнанные нормы и принципы международного права в правовую систему страны, предоставила им особый статус, поскольку согласно ст. 15 конституционные нормы имеют высшую юридическую силу, прямое действие и применение на всей территории страны. Конституция закрепила положение о том, что в Российской Федерации «признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией» (ч. 1 ст. 17) [3]. Это соотносится как с Уставом Совета Европы, так и с положениями Европейской конвенции, особенно ее преамбулы и ст. 1 «Обязательство соблюдать права человека».
     Вопрос о соотношении международно-правовых стандартов в области прав человека и российской правовой традиции можно рассмотреть на примере свободы совести.
     Что касается права человека на свободу совести, то проблема разработки нового законодательства о свободе совести стала актуальной в 1986-1990 гг., когда союзный центр пытался сохранить существующее государство, даже обратившись к религиозным ценностям, которые до этого отвергались в течение 70 лет, а в союзных республиках набирало силу сепаратистское движение. В этих условиях властные структуры, и в центре и на местах поставили перед собой задачу формирования новой политики в области свободы совести.  В 1988 г. началась разработка законопроекта о свободе совести, и 25 октября 1990 г. он был принят Верховным Советом РСФСР [1. С. 2]. 
     С одной стороны, это не соответствовало советской правовой традиции, т.к. свобода совести понималась, в основном, как право на атеизм и атеистические воззрения, что, естественно, существенно отличалось от развития европейских идей, ведь ст. 9 Конвенции о защите прав человека и основных свобод  задолго до рассматриваемого периода указала на непререкаемое право человека на свободу мысли, совести и религии [2]. С другой стороны, дореволюционная российская правовая традиция вполне соответствовала европейским правовым идеям [1. C. 2]. 
     Только ст. 28-29 Конституция РФ 1993г. стали провозглашать данные ценности. Стоит отметить, что в этот период российская правовая традиция начала ориентироваться на европейскую систему прав человека, так как Конституция РФ была принята задолго до вступления России в Совет Европы и ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
     С момента ратификации Российской Федерацией  Конвенции о защите прав человека и основных свобод 30 марта 1998 г. у российских граждан появилось право обращаться в Европейский Суд по правам человека, являющийся наднациональным органом и учрежденный в целях надзора за исполнением положений Конвенции. Хотелось бы отметить, что за последние годы число обращений наших соотечественников в данный судебный орган значительно сократилось, что говорит об уменьшении нарушения Конвенции, а, значит, и сближении с международно-правовыми стандартами. Однако в конце 2015 года Государственная Дума рассмотрела в окончательном третьем чтении поправки в Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде», согласно которому Конституционный Суд РФ сможет признавать решения ЕСПЧ неконституционными (в случае их противоречия Конституции РФ). В связи с этим, у Российской Федерации появится право не исполнять такого рода решения [11].
     Что касается права на труд, то необходимо сказать, что до сих пор российская правовая традиция не нашла взаимопонимания с общепризнанными тенденциями в области регулирования отношений труда малочисленных и коренных народов. На сегодняшний день Российской Федерацией не ратифицирована Конвенция Международной организации труда о коренных народах и народах, ведущих племенной образ жизни, в независимых странах (№ 169). Данный международный документ признает и защищает права малочисленных групп населения, проживающих в различных регионах мира.   Во введении к указанной конвенции отмечается обеспокоенность международного сообщества по поводу того, что в большинстве государств, где проживают малые нации, не учитываются их ценности, традиции, обычаи. Вместе с тем, ст. 69 Конституции Российской Федерации «оказывает внимание» указанной группе лиц в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Образцом для всего российского законодательства служит нормативно-правовая база Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского автономных округов, на территории которых и проживает значительная часть коренных и малочисленных народов [13. С. 89]. 
     Таким образом, можно говорить о том, что российская правовая традиция законодательно сориентирована на европейские правовые идеи. Российской Федерацией ратифицированы и активно используются важнейшие международно-правовые документы. Международно-правовые стандарты Совета Европы имплементированы в национальную правовую систему. Несмотря на это необходимо отметить, что российская правовая традиция развивается с учетом национальных интересов и правовых реалий.
Литература: 
[1] Дорская А.А. Свобода совести истории российского парламентаризма // Правовая инициатива. 2013. № 12. URL: внпж.рф/ru/2013/12/2
[2] Дорская А.А. Церковное право Российской империи XIX – начала ХХ вв. как отрасль права // История государства и права. 2009. № 9.
[3] Игнатьева М.В. Антропологический подход в изучении правовых традиций России // Правозащитник. 2015. № 3. URL: http://pravozashitnik.net/ru/2015/3/1
[4] Конвенция о защите прав человека и основных свобод. Страсбург, 28.04.1983 г. // 2016, European Court of Human Rights. URL: http://www.echr.coe.int/Documents/Convention_RUS.pdf
[5] Конституция Российской Федерации // Собрание законодательства РФ. 2014. № 31.
[6] Матчанова З.Ш. Национальные правовые традиции и сотрудничество государств в борьбе с террористической угрозой // Вестник Орловского государственного университета. Серия: Новые гуманитарные исследования. № 2 (43).
[7] Медушевский А.Н. Российская правовая традиция — опора или преграда?: Доклад и обсуждение. М.: Фонд «Либеральная Миссия», 2014.
[8] Мурунова А.В. Правовые традиции России и Запада: сравнительно правовой анализ // Проблемный анализ и государственно-управленческое проектирование. 2011. Т. 4. № 5.
[9] Пашенцев Д.А. Динамика правовой традиции России в условиях глобализации и экономических санкций // Право и политика: теоретические и практические проблемы. Сборник материалов 4-й Международной научно-практической конференции, посвящённой 100-летию Рязанского государственного университета им. С.А. Есенина / Под ред. А.В. Малько. Рязань, 2015.
[10] Проблемы правовой и политической идеологии // Сборник науч. трудов / отв. ред. З.М. Черниловский, И.А. Исаев. М.: ВЮЗИ, 1989.
[11] Светлов А.И. Европейская система прав человека и правовые традиции России // Правозащитник. 2016. № 1. URL: http://pravozashitnik.net/ru/2016/1/13
[12] Ульяшина Л.В. Международно-правовые стандарты в области прав человека и их реализация: теория и практика применения. Вильнюс: ЕГУ, 2013.
[13] Харючи А.С. Права коренных малочисленных народов Севера: реализация международно-правовых стандартов в Российской Федерации // Права коренных народов Севера: реализация международно-правовых стандартов в Российской Федерации: сборник научных статей / Под ред. акад. РАО Г.А. Бордовского, проф. С.А. Гончарова. СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2005.
Аннотация En: 

The present article describes the stages of formation and development of the Russian legal tradition. It is shown, that in different historical periods, legal tradition has tended to orientation and disorientation to the European legal ideas. It is indicated, that the Soviet period of development of national traditions associated with the action of the principle of the primacy of ideology over public law. Convergence with the European legal tradition has occurred since the formation of the Russian Federation and the Constitution. Author represented the ratio of international legal standards on human rights and the Russian legal tradition on the example of freedom of conscience and the rights of minorities and indigenous peoples. Active implementation of international legal standards into national law came after Russia's accession to the Council of Europe. However, authors noted, that the Russian legal tradition developed, taking into account national interests and legal realities.