Государственная гражданская служба и «женский вопрос» в Российской империи в XIX – начале XX вв.

Номер журнала:

Краткая информация об авторах: 

Почётный работник высшего профессионального образования Российской Федерации, кандидат юридических наук, доцент кафедры государственного права Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена

Аннотация: 

В статье исследуется проблема законодательного оформления «женского присутствия» в системе государственной гражданской службы в российском государстве. Отмена законодательных ограничений для женщин по доступу к должностям государственной гражданской службы в первую очередь происходит в системе гражданской службы по учебному ведомству. В заключении авторы отмечает, что законодательство Российской империи не смогло до конца «изжить» атавизмы исторически традиционного отношения к женщине и ее роли в жизни общества с ограниченными профессиональными, служебными возможностями.

Ключевые слова: 

государственная служба, гражданская служба, государственная гражданская служба, Российская империя, закон, женщины, проблематика, анализ.

     Властные структуры, хранители патриархальных традиций российского государства XIX века крайне отрицательно относились к стремлению женщин к высшему образованию, к желанию женщин служить обществу в том числе и на поприще исключительно мужских профессий в сфере государственной гражданской службы. Прежде всего, такое отрицательное отношение было основано на нежелании разрушать «устоявшиеся» традиционные подходы к роли женщины в обществе (жена, мать, хранительница домашнего очага) и опасениями конкуренции, «что часть заработков, а следовательно, и часть власти перейдет к женщинам» [2. С. 29]. Тем не менее, XIX век стал поворотным пунктом, изменившим социальный статус женщины и определившим возможность вхождения женщин в структуру должностей гражданской службы Российской империи. Первая попытка систематизации законодательства Российской империи по вопросам предоставления прав государственной службы женщинам была предпринята уже в конце XIX - начале XX века А.М. Полянским и Я.А. Канторовичем. Ими были подготовлены специальные сборники с извлечениями из действующего законодательства по этой теме. 
     Тема «женщины и государственная служба» имеет определенный исследовательский задел, но все же не стала до сих пор предметом специального изучения. Очевидна необходимость самостоятельного и всестороннего изучения законодательного оформления «женского присутствия» в системе государственной гражданской службы в российском государстве.
     В середине XIX века начался процесс активного стремления женщин к высшему образованию, на рубеже веков он приобрел широкий размах. Возросшее количество образованных женщин требовало приведения в соответствие с их нуждами (поступление на службу и приобретение служебных прав) российского законодательства. Диплом о высшем образовании давал женщинам те же права, что и выпускникам мужских высших учебных заведений, кроме прав служебных и сословных. Российское законодательство XIX века не уравнивало служащих женщин и чиновников, находящихся на государственной гражданской службе. Устав о службе по определению от правительства (статьи 156, 157, 756) определял, что «женщины, хотя бы и занимающие на государственной службе штатные должности», к категории чиновников и канцелярских служащих «не могут быть относимы».
     Права женщин в сфере государственной службы необходимо рассматривать в двух аспектах: 1) права женщин на занятие должностей гражданской службы в государственных учреждениях; 2) права и обязанности женщин, приобретаемые ими в связи с занятием этих должностей. Статья 156 Устава о службе содержала запрет на прием женщин даже по найму на канцелярские и другие должности в правительственных и общественных учреждениях империи. Но уже в следующей статье 157 того же Устава определялся ограниченный перечень должностей, по которым лица женского пола допускались на службу в общественные и правительственные учреждения в качестве контролеров, акушеров, врачей, учителей, воспитателей, надзирателей и др. При этом, по целому ряду позиций в этом перечне присутствовала оговорка «…без предоставления…прав и преимуществ, государственной службой приобретаемых». То есть, по сути, речь шла в этом случае только о так называемом «вольном найме» [3. С. 161].
     К занятиям на «поприще воспитательном» женщины допускались на основании правил, изложенных в уставах учебных заведений, в соответствии с которыми они по ряду должностей могли приобрести право государственной службы. Врачи-женщины, занимающие медицинские должности, пользовались всеми правами государственной службы, предоставляемыми этими должностями врачам-мужчинам за исключением производства в чины и награждения орденами. На должности окружных надзирателей Санкт-Петербургского Воспитательного дома женщины принимались с правами государственной службы. К занятиям по письменной и счетной части в центральном управлении министерства юстиции, в канцелярии Правительствующего Сената они допускались исключительно по вольному найму, без права государственной службы.
     Получив образование, женщины пытались преодолеть выставляемые препоны на пути к желаемым должностям. Подобная попытка была предпринята Е.О.Козьминой, которая освоила юридические вопросы в канцелярии А. Кони, бывшего тогда прокурором Казанского окружного суда, и решила применить свои познания в адвокатуре. Выдержав в 1875 году экзамен на звание частного поверенного в Нижегородском суде, Козьмина обратилась с просьбой о допуске к такому же экзамену в Московскую Судебную Палату и на отказ Палаты подала в сентябре того же года жалобу в Сенат. Определение Палаты Сенат отменил, предписав допустить Козьмину к экзамену, но через несколько недель после сенатского решения последовало Высочайшее повеление от 2 февраля 1876 года, в котором было сказано, что в соответствие с Высочайшим повелением от 14 января 1871 года ( пункт 5 ) запрещается прием женщин даже по найму на канцелярские и другие должности во всех правительственных и общественных учреждениях, где места предоставляются по назначению и по выборам. И этот запрет распространяется и на звание частного поверенного, установленное правилами 25 мая 1874 года.
     Как разрешался вопрос о допуске женщин к публичным профессиям, государственной службе в других странах в этот же период? В основном, женщины не были представлены в системе высшей государственной службы и в профессиях публичного характера. Но они допускались к исполнению обязанностей на более низких уровнях службы в различных государственных и общественных учреждениях. Так, во многих государствах они допускались к преподаванию в государственных учебных заведениях, к исполнению государственных или общественных обязанностей по медицинской части, по ведомству почт и телеграфов, в рабочих инспекциях, в женских тюрьмах, в публичных библиотеках и т.д.
     Во Франции для женщин были открыты все факультеты университетов, они могли получать все академические степени, но не все профессии, имеющие публичный характер, были им доступны. Повсюду женщины были совершенно исключены из сферы юстиции. Только в некоторых американских штатах специальными законами ( 1879 и 1883 гг.) они были допущены к исполнению функций нотариата. В 1869 году в Соединенных Штатах суды допустили женщин к принятию присяги присяжного поверенного и к вступлению в судебную корпорацию. Первоначально этот допуск распространялся только на округ того суда, который их допустил. Федеральный закон 1879 года предоставил право женщинам, состоявшим три года в корпорации какого-либо суда, выступать и перед высшим судом. В Швеции, где не было организованной корпорации адвокатов, женщины, тем не менее, допускались к должности присяжного поверенного [12. С. 38]. В тех странах, где женщины не получали ученых степеней по юриспруденции, допуск их в адвокатуру был не возможен. В соответствии с Учреждением судебных установлений (статья 406.19) женщины в Российской империи не могли получать звание частного поверенного по судебным делам.
     Через какие этапы проходит становление нового социального облика женщины, формирование новой правовой традиции? По этому поводу уместно привести высказывание основателя Московско–Тартуской семиотической школы Ю.М. Лотмана: «…длительный период женской эмансипации, проходивший под лозунгом уравнивания прав женщины и мужчины, фактически истолковывался в обществе как право женщины занимать «мужские» общественные роли и профессии. Только во второй половине XIX века началась борьба не за то, чтобы быть «мужчиной», а за то, чтобы мужчина и женщина воспринимались как равноценные в едином понятии «человек». Для этого потребовалось, чтобы хоть одна женщина доказала свое превосходство в сферах, традиционно считавшихся мужской монополией» [10. С. 97].
     Среди таких первых женщин была С.В. Ковалевская, которая получила ученое звание профессора (1884г.) и через год была назначена руководителем кафедры механики в Стокгольмском университете, но не в России. Первыми в мире среди женщин звание докторов наук получили русские женщины: Н.П. Суслова и В.А. Кашеварова – в области медицины, Ю.В. Лермонтова – химии, С.М. Переяславцева – зоологии, А.М. Евреинова – права [11. С. 80]. Но эти ученые звания они приобретали за границей. В Петербургском университете уже в 1912 году магистрантка русской истории М.А. Островская была допущена к пробным лекциям для получения звания приват-доцента. К началу 1914/15 учебного года она была утверждена приват-доцентом по кафедре русской истории Петроградского университета. Второй (после Е.Р.Дашковой) женщиной, избранной действительным членом Петербургской академии наук стала профессор археологии Дерптского университета П.С.Уварова [14. С. 230].
Положения о начальных училищах 1864 и 1874 гг. предоставляли женщинам равные с мужчинами права на занятие учительских должностей. Среди преподавателей начальной школы преобладали женщины – учительницы. В циркуляре министра народного просвещения И.Д. Делянова от 27 сентября 1882 года отмечалось, что «учительницы начальных народных училищ оказываются в некоторых отношениях элементом более пригодным для замещения преподавательских в сих училищах должностей сравнительно с учителями». Более того, министр прямо указал на то, что «…перед женщиной открыто гораздо меньше дорог, чем перед мужчиной, и между ними преподавание в народной школе принадлежит к числу лучших».
     Постепенное «выравнивание» служебных прав учительниц по сравнению с учителями происходило в течение всего периода начала XX века. Но прежде всего эти изменения отразились на положении учительниц с высоким образовательным цензом. В 1901 году женщины с высшим образованием получили право преподавания в старших классах женских гимназий со всеми служебными и пенсионными правами (последние при наличии звания домашней наставницы и учительницы). В 1906 году они могли уже преподавать общеобразовательные предметы в четырех младших, а языки – во всех классах мужских средних учебных заведений, но только по найму [9. С. 61]. Польза пребывания женщин на службе в начальной школе была признана и императором Николаем II в его указании министру народного просвещения от 26 апреля 1903 года [4. С. 71,72]. Тем не менее, учительницы правительственных начальных училищ не обладали правом государственной службы и соответствующими служебными привилегиями. Это объяснялось тем, что в определенной степени позиция правительственных кругов в данном вопросе определялась и так называемым «женским вопросом», отрицании необходимости прав женщин в сфере государственной службы.
     Законом 19 декабря 1911 года им было предоставлено право держать экзамен на диплом правительственных высших учебных заведений, приобретать ученые степени магистра и доктора, новое звание «учительницы средних учебных заведений», которое уравнивало их с учителями в вознаграждении [15]. Расширение прав женщин на государственной службе проходило медленно. Несмотря на рост объема служебных функций, с которыми женщины справлялись не хуже мужчин, они были лишены привилегий государственной службы. Появление в 1911 году нового звания «учительницы средних учебных заведений» по прошествии некоторого времени потребовало уточнения в требованиях по образовательному цензу к кандидатам. Циркуляром министерства народного просвещения от 23 марта 1913 года «О дополнительных испытаниях на звание учительницы средних учебных заведений» определялось, что указанное звание могут приобретать не только лица женского пола, получившие диплом высшего учебного заведения (в соответствие с законом 19 декабря 1911 года), но и имеющие удостоверение об обучении на Высших женских курсах и успешно исполнявшие учительские обязанности в течение 5 и более лет до принятия закона 19 декабря 1911 г. [8. С. 19]. Новые возможности профессиональной деятельности для женщин не уравнивали их в служебных правах с мужчинами-учителями. Право государственной службы определялось бесспорно только в отношении мужчин-учителей. 
     В начале XX века с требованиями по уравниванию в правах женщин и мужчин выступали такие женские организации России как русское женское взаимно-благотворительное общество, Союз равноправия женщин, Женская прогрессивная партия. В 1910 году совет старшин Петербургского клуба (центрального филиала) Женской прогрессивной партии (создана в декабре 1905 года) обратился с заявлением на имя председателя Совета Министров с предложением о пересмотре положений статьи 156 Устава о службе гражданской. Предлагалось допустить прием женщин как на общественную, так и на государственную службу на равных основаниях с мужчинами и «сравнять их в вознаграждении за труд, … предоставить одинаковые права как на службе, так и на пенсии» [1. С. 72].
     С появлением первого российского парламента – Государственной Думы вопрос о включении женщин в систему должностей гражданской службы выносится на уровень государственного публичного обсуждения [13. С. 43]. В результате многочисленных обращений крупнейшей общественной организации Российской лиги равноправия женщин вторая Государственная Дума приняла решение допустить женщин к работе в канцелярии Думы по письмоводству, счетоводству, стенографии, библиотеке [6. С. 45]. Тем самым был расширен ограниченный перечень должностей, по которым лица женского пола допускались на службу в общественные и правительственные учреждения как исключения по статье 156 Устава о службе, содержащей запрет на прием женщин даже по найму на канцелярские и другие должности в правительственных и общественных учреждениях империи.
     В законопроекте о гражданском равноправии женщин, разработанном в Государственной Думе по инициативе профессора, юриста Л.И. Петражицкого – председателя особой думской подкомиссии по вопросу о равноправии женщин, с третьего по пятый пункт были представлены положения о равенстве женщин и мужчин в занятии государственных, общественных и выборных должностей. Государственная Дума третьего созыва (1907 – 1912 год) рассмотрела законопроект о предоставлении женщинам права быть присяжными поверенными. Основная часть депутатов поддержала необходимость расширения прав женщин в профессиональной сфере, одобрив допуск женщин в сословие присяжных поверенных, но законопроект был отвергнут в Государственном Совете [5. С. 37]. Несмотря на предпринятые попытки законодательного воплощения идеи гендерного равенства в служебной деятельности, органы законодательной власти российского государства начала XX века с преобладанием патриархального отношения к идее равноправия полов не смогли существенно изменить статусное положение женщин в системе государственной гражданской службы.
     Но вместе с тем, отдельными ведомственными распоряжениями женщины допускались на некоторые должности гражданской службы, хотя и с некоторыми ограничениями. Так, специальным циркуляром в январе 1911 года управляющий Государственным банком предоставил женщинам возможность (в виде исключения) попасть в ведомство Государственного банка Российской империи. В целях повышения благосостояния служащих банка в первую очередь на службу принимались их дочери и ближайшие родственницы. При этом женщины могли быть приняты только на канцелярские должности, причем не как служащие, а как вольнонаемные работники [7. С. 56].
     Доступ женщин к должностям государственной гражданской службы и приобретение ими соответствующих служебных прав и привилегий осуществлялся с середины XIX века в различных сферах общественной жизни первоначально, как правило, на условиях «вольного найма». Уступая общественному мнению, в начале ХХ века правительственные круги отменяют ограничения для женщин по ряду профессий. В первую очередь, эти изменения произошли в системе гражданской службы по учебному ведомству. Законодательство Российской империи не смогло до конца «изжить» атавизмы исторически традиционного отношения к женщине и ее роли в жизни общества с ограниченными профессиональными, служебными возможностями.
Литература: 
[1] Вахромеева О.Б. Основные факторы «женского вопроса» в России на рубеже XIX – XX вв. // Вестник Санкт- Петербургского университета. 2006. Серия 2. Выпуск 3.
[2] Веременко В.А. Женщины в русских университетах (вторая половина XIX-начало XX вв.). Санкт-Петербург: Издательство Высшей административной школы, 2004.
[3] Еремина Т.И. Исторические традиции формирования и становления правового статуса женщин в системе государственной гражданской службы // Система и механизмы международно-правовой защиты прав человека. Сборник научных статей по результатам Всероссийской научной конференции. посвященной 65-летию Всеобщей декларации прав человека 1948 г. СПб.: Астерион, 2013.
[4] Зубков И.В. «Женский вопрос» в земской школе (конец XIX - начало XXвв.) // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: История России. 2007. № 3.
[5] Карабанова А.М. Женский вопрос в Государственной Думе в 1906 – 1917 годах (По материалам стенографических отчетов) // Женщина в российском обществе. 2002. № 1.
[6] Косетченкова Е.А. Эволюция женского профессионального образования с позиций общественной инициативы (конец XIX – начало XX века) // Ученые записки: электронный научный журнал Курского государственного университета. 2011. № 3-1.
[7] Крупинова С.И. История службы женщин в Государственном банке // Деньги и кредит. 2010. № 3.
[8] Лаурсон А.М. Закон 19 декабря 1911 года и правила об испытании лиц женского пола в знании курса высших учебных заведений и о порядке приобретения ученых степеней и звания учительницы средних учебных заведений. СПб., 1913.
[9] Лейкина-Свирская В.Р. Русская интеллигенция в России в 1900-1917 гг. М., 1981.
[10] Лотман Ю.М. Семиосфера: Культура и взрыв. Внутри мыслящих миров. Статьи. Исследования. Заметки. СПб.: Искусство-СПб, 2010.
[11] Оводенко А.А. История высшей школы Санкт-Петербурга. СПб.: ГУАП. 2010.
[12] Орович Я. Женщина в праве. СПб. 1895.
[13] Патрикеева О.А. «Женский вопрос» в I Государственной думе Российской империи // Вестник МГГУ им. М.А. Шолохова : Серия «История и политология». 2012. № 4.
[14] Пушкарева Н.Л. Женщины-историки в России 1810-1917 годов // Вестник Пермского университета. Серия: История. 2012. № 1 (18).
[15] Собрание узаконений и распоряжений правительства. 1911. Отд.1. № 237. Ст. 2253.