Согласие потерпевшего, как обстоятельство исключающее преступность деяния в англо-саксонской системе права

Номер журнала:

Краткая информация об авторах: 
  •  
  • Ризаева Дана Эльдаровна - аспирант кафедры уголовного права, уголовного процесса и криминалистики Российского университета дружбы народов
  • Манна Аммар Абдуль Карим - кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права, уголовного процесса и криминалистики Российского университета дружбы народов
Аннотация: 

В статье дается характеристика общих правовых основ, которые регулируют институт обстоятельств, исключающих преступность деяния, в англо-саксонской системе права на примере Англии и США. Особое внимание уделено такому обстоятельству, исключающие преступность деяния, как «согласие потерпевшего». Охарактеризована юридическая природе данного обстоятельства, значимость и уголовно – правовые аспекты в применение данного обстоятельства на практике.

Ключевые слова: 

англо-саксонская правовая система, обстоятельств, исключающих преступность деяния, согласие потерпевшего, уголовное право, США, уголовно-правовая доктрина, Англия.

     В научно-исследовательской литературе вопросы обстоятельств, исключающих преступность деяния, освещены неравномерно. В юридической науке под обстоятельствами, исключающими преступность деяния, следует понимать общественно полезные (социально приемлемые) и правомерные, внешне сходные с преступлениями поступки, которые исключают основание уголовной ответственности за вред, причиняемый интересам, охраняемым уголовным законом. Англосаксонская правовая система и ее специфика, несомненно, накладывают определенный отпечаток на уголовное право и институт обстоятельств, исключающих преступность деяния в частности.
     В англосаксонской правовой системе развитие данного институт имеет две важные особенности: официальное отсутствие дефиниции «обстоятельства, исключающие преступность деяния» (имеется дефиниция – защита), отсутствие четкого разграничения обстоятельств. Причиной подобных проблемы является отсутствие теоретических дефиниций. Вследствие этого данный правовой институт в англосаксонском праве является крайне специфичным, т.к. в нем отсутствует строгая система, а большинство таких обстоятельств разрознено и определено одновременно системой общего права и статутными нормами. Ряд обстоятельств решается на основании прецедентов. 
     Одним из таких наиболее интересных обстоятельств в англо-саксонской правой семье является: «защита от уголовной ответственности на основание согласия потерпевшего».
     Теория английского права не склонна выделять согласие потерпевшего в отдельное основание для защиты, предпочитая представлять его как обстоятельство, исключающее преступность деяния, в контексте отдельных преступлений. При этом значимость этого основания для защиты очень высока, т.к. предполагает ту область индивидуальной свободы и человеческих отношений, в которую государство вторгаться не вправе. В судебной практике государств общего права согласие потерпевшего в настоящее время является ad hoc развиваемым основанием для защиты [1. С 32].
     Согласие потерпевшего на причинение ему вреда является, таким образом, очень неоднозначным обстоятельством, исключающим уголовную ответственность. Подобная неоднозначность возникает в связи с принципиальными различиями к определению понятия «преступление» [1]. Если рассматривать преступление в виде нарушения чего-либо субъективного права, то сообразно с существом следует признать, что отказ от права владельца уничтожает преступность нарушения. Но, если преступление определять, как нарушение юридического объективного порядка, то преступность нарушения не уничтожается. Подобное нарушение не может в принципе зависеть от воли пострадавшего, т.к. субъективное право имеет производный характер и основано на объективных нормах права, на которые посягает совершивший преступление [3. С. 155-164]. 
     Уголовно-правовая теория в Англии совершенно не склонна выделять согласие потерпевшего в самостоятельное «общее» основание для защиты, анализируя его как обстоятельство, исключающее противоправность, в контексте отдельных преступлений. В истории уголовного права одним из первых упоминаний о рассмотрении согласия потерпевшего, как юридического обстоятельства, является трактат «Институты права Англии» Э. Коука (XVIIIв.) [7]. При обсуждении вопроса об ответственности за причинения увечья вассалу трактат отмечает наказуемость таких действий, как лишающих монарха подданного, который способен нести службу. В этой связи в трактате упоминается казус о согласии некоего Райта отсечь себе руку, чтобы избежать службы и работы. Однако вместе с сообщником тот был заключен в тюрьму до уплаты выкупа.
     Вплоть до конца XIX в. вопросы юридического значения согласия потерпевшего практически не обсуждались. Однако крупнейший криминалист викторианской Англии Дж. Стифен в «Дигестах уголовного права» вопрос согласия освещает следующим образом [9]:
  • согласие должно являться свободным выражением, дать его может лишь лицо, находящееся в твердой памяти и здравом уме, когда это лицо может формировать разумное суждение относительно согласия;
  • согласие можно давать только в отношении медицинской операции в отношении себя или ребенка, находящегося под опекой, также согласие предполагается как данное в ситуации, когда лицо нуждается в срочной медицинской помощи и не способно дать согласие разумно;
  • также лицо может соглашаться на применение к нему силы, не влекущей телесного увечья;
  • ни при каких обстоятельствах лицо не может давать согласие на причинение телесного повреждения или смерти;
  • также согласие не имеет силы если ведет к нарушению общественного порядка.
 
     В современной судебной практике Англии оценка согласия потерпевшего с юридической точки зрения связывается с неоднозначным решением Палаты лордов по делу Брауна (1993 г.) (садомазохистские действия по согласию в среде гомосексуалистов) [1. С. 795]. Осужденные на апелляции утверждали, что все происходило по взаимному согласию, что должно исключить уголовную ответственность. Однако апелляция была отклонена в связи с заключением, что подобные действия не вписываются в принцип свободы частной жизни, вредоносно опасны, непредсказуемы и т.д.. Также апелляцию отклонил Европейский суд по правам человека, приведя довод, что вмешательство государства в этом случае оправдано посягательством на нормы общественной нравственности и морали (Ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод) [2]. Апелляция была отклонена. Согласие потерпевшего продолжает оставаться неопределенным в юридических границах и после решения по делу Брауна:
  • с одной стороны, то, что согласие не может быть основанием для защиты в случае причинения тяжкого телесного вреда или смерти, безусловно верно;
  • с другой стороны, в отсутствие телесного вреда насильственные действия не являются преступными в случае получения согласия потерпевшего. Что же касается «промежуточного» вреда, то здесь совпали точки зрения четырех лордов по делу Брауна как в форме ratio decidendi, так и в форме obiter dictum – согласие в этом случае можно рассматривать как основание для защиты, если при этом не затрагиваются интересы общества. В случае, когда согласие затрагивает общественные интересы ответ был дан Апелляционным судом в 1981 г. – исключения, предполагающие согласие как защиту, могут быть оправданы как предполагающие осуществление юридического права в случае с правомерным воспитанием или исправлением, обоснованным медицинским вмешательством или как необходимыми действиями в общественных интересах других случаях [5].
 
     Примером использования принципа по делу Брауна может являться дело Уилсона (1996 г.), в котором муж на коже жены выжег с ее согласия свои инициалы. В этом случае Апелляционный суд также не счел согласие жены основанием для защиты, т.к. оно не имеет юридического значения [6].
     Признавая согласие как обстоятельство, исключающее преступность деяния, уголовное право Англии пытается определить ту область индивидуальной свободы личности и человеческих взаимоотношений, в которую даже государство в форму уголовного права совершенно не вправе вторгаться. А в целом английское уголовное право колеблется в рассмотрении согласия потерпевшего между двумя крайностями:
  • точкой зрения, основанной на личной автономии, согласно которой текло человека принадлежит только ему самому, и человек наделен правом делать с ним то, что пожелает;
  • точкой зрения, что государство должно быть дозволено вмешиваться с целью отвратить индивидов от всего, что может быть расценено как вредоносное для них. Патерналистский подход обосновывается тем, что общество имеет право устанавливать границы поведению, или тем, что наносимые с согласия увечья сковывают ценные медицинские ресурсы, которые могут быть использованы в более значимых целях [8].
 
     Очевидно, что неоднозначность толкования согласия потерпевшего на причинение вреда как обстоятельства, исключающего уголовную ответственность, не должна являться основанием для игнорирования проблемы правоприменителем и законодателем. 
     В США эти нормы излагаются в Примерном УК США в виде специальной нормы, которая является основанием для защиты в случае согласия потерпевшего (Ст. 2.11). Однако дан ряд определенных уточнений:
  • согласие исключает любой элемент посягательства или предотвращает вред (зло), предупреждение которого определяется в законе, определяющем данное посягательство;
  • согласие на причинение телесного повреждения является основанием для защиты при: телесное повреждение не является тяжким; такое повреждение является разумно предвидимым риском, с которым связано участие в спортивных соревнованиях; согласие является основанием в соответствии с разделом 3 данного кодекса;
  • не имеет силы согласие, если: дано лицом, не имеющим на это права; дано лицом, которое в силу психической болезни, опьянения, молодости, неполноценности или заведомо не может иметь разумного суждения о вредоносности или характере поведения, вменяемого в вину в форме посягательства; дано лицом, непредусмотрительное согласие которого имеет в виду предупредить закон, который определяет посягательство; вызвано физическим насилием, силой, обманом. 
 
     Но в США в связи с отсутствием единого УК и наличием УК в каждом штате, согласие потерпевшего исключает уголовную ответственность по другим основаниям [4. С. 36-37]. Согласие потерпевшего на причинение ему вреда является, таким образом, очень неоднозначным обстоятельством, исключающим уголовную ответственность. В целом, можно отметить, что вопросы согласия потерпевшего, как обстоятельство, исключающее уголовную ответственность, в США разработаны намного более четко и подробно, чем в Англии. 
     Проведенный выше краткий обзор действующего законодательства Англии и США, позволяет всесторонне оценить и глубже понять отечественное законодательство, внести предложения по его совершенствованию, и дает возможность воспринять мировой опыт лучших правовых решений в области усиления правовой защищенности личности.
Литература: 
[1] Есаков Г.А. Согласие потерпевшего как оправдывающее обстоятельство в английском уголовном праве // Lex Russia. 2006. № 4.
[2] Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.) (с изменениями от 21 сентября 1970 г., 20 декабря 1971 г., 1 января, 6 ноября 1990 г., 11 мая 1994 г.) ETS N 005 // 2017, Официальный сайт Европейской Конвенции. URL: http://www.echr.ru/documents/doc/2440800/2440800-001.htm
[3] Кузьмина Ю.А. Совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания // Проблемы современной юридической науки и практики: сборник статей студентов, аспирантов и молодых ученых: в 2 т. Т. 2. Красноярск: ИПК СФУ, 2011. 
[4] Скворцов А.А. Причинение вреда жизни и здоровью при занятиях спортом: проблемы уголовно-правовой квалификации. М.: Волтерс-Клувер, 2006. 
[5] Аshworth A. Principles of Criminal Law. 4thed. Oxford, 2003. 
[6] Attorney–General’s Reference (No.6of1980) // 2017, LawTeacher. URL: https://www.lawteacher.net/cases/attorney-generals-reference-no-6.php
[7] Кoke E. The First Part of the Institutes of the Laws of England; Or, A Commentary Upon Littleton. Notthe Name of the Author Only, but of the Law Itself. 13thed. L., 1775. 
[8] Reed A .Unlawful Act Manslaughter and Consensual Activity, R v Andrews [2002] EWCA Crim 3021// The Journal of Criminal Law. 2003. Vol. 67. No. 6. 
[9] Stephen J.F. A Digest of the Criminal Law (Indictable Offences). 9th ed. L.,1950.